ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
НАШИ АВТОРЫ
ОБСУЖДЕНИЕ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Лучший подарок!

Купить книгу!
Друзья сайта >>
 
  Авторское произведение - Юмористические книги  | Сообщить модератору

"ХУЛИГАНСКИЕ " - САМАЯ ВЕСЁЛАЯ КНИГА 2017 ГОДА

ФАРТ (часть первая))



 
                      живой роман-миньон

ФАРТ-1
былица:

В школьные годы часть каждого лета я проводил с родителями на турбазе "Кривоборье", расположенной в лесном орешнике на высоком берегу на крутом Тихого Дона. Каждые полчаса из репродуктора лились позывные радио "Маяк", и могучая водная гладь разносила эту волш****ю мелодию дальше. Она эхом перекликалась чезез поля и леса. С середины 60-х годов моего детства и до сих пор "Не слышны в саду даже шорохи", когда в эфире радиостация "Маяк" - самая любимое и продвинутое радио в мире. "Маяк" - первое альтернативное "Голосу Америе", "Немецкой Волне" и прочим "свободам" наше родное радио.
________________________
На пике бешеной популярности впервые добрался до Воронежа и дал цикл аншлаговых концертов во Двореце Спорта "Юбилейный" сам А.Я.Розенбаум. Такое историческое событие я не мог упустить.
На повестку дня я поставил предложение: пригласить Питерскую Звезду Неформальной Песни в гости к нам, в Комитет, в «Комитет Авторов». К тому времени, благодаря чисто человеческим подвязкам Н.Чилякова, в нашем полном распоряжении был (с позднего вечера до самого утра) Детский клуб с небольшим залом, вмещающим сотню посетителей, миниатюрной сценой, столами, стульями, санузлом и бильярдом.
Все соратники моментально поддержали моё конструктивное предложение. Тут же один молодой поэт (по имени Олег) вызвался доставить дорогого Гостя к месту творческой встречи на чёрной "Волге". На ней его отчим катал какую-то громадную партийную шишку.
На следующий день группа делегатов, возглавляемая мной и Чиляковым, вооружённая букетами, отправилась на переговоры в "Юбилейный". На всякий случай Олег с отчимом уже припарковали вороную "Волгу" к служебному входу Ледового Дворца спорта.
Из восторженной толпы отечественных поклонников гастролирующий бард выделялся не столько своими культовыми лысиной, усами и носом, сколько коричневым кожаным, слегка развевающимся в стороны, совсем ненашенским, в полный рост плащом.
Аудиенция состоялась в гримёрке. Часть нашего внимания примитивно отвлекали, грозно затянутой в чёрную кожу, блондинистой любительницей ближнего боя. В связи с плотностью концертного графика, приглашение метр не принял, но поскольку у него было, как раз, часовое дорепитиционное окно, он, сочувственно поглядев на нашу гитару, синтезатор и скрипку, великодушно согласился немного прослушать. Правда, при этом, он сразу же извинился и постепенно, в одну глотку, уговорил пузырь "Столичной". Таким общепринятым образом бывший медик, загодя, снимал стресс перед концертами.
Вскоре дошла моя очередь удивить авторитетного барда.
Одну песню я исполнил с Игорем Райхелем (синтезатор), вторую, про Дедушку Сандро, с нашей скрипачкой Лерой.

ДЕДУШКА САНДРО

Дедушка Сандро! Дедушка Сандро!
Будь здоров, Дедушка сандро!
Будь здоров, Дедушка сандро!


Он никогда не увлекался физкультурой,
Не понимал классический балет,
Не знал, что дышит жабрами акула…
Зато прожил сто восемнадцать лет!

Он никогда не добивался визы,
Не получал в райкоме партбилет,
Он не видал царя и телевизор…
Зато прожил сто восемнадцать лет!

Не знал он, что такое перекуры
И не ходил с газеткой в туалет,
Не покупал пилюли и микстуры…
Зато прожил сто восемнадцать лет!

В горах так дышится легко!
Шашлык и козье молоко!
И горцы испокон веков
Равняются на стариков!

Дедушка Сандро! Дедушка Сандро!
Будь здоров, Дедушка Сандро!
Будь здоров, Дедушка Сандро!


Мы знаем, кто такой был Паганини,
Кто изобрёл кино и паровоз,
Мы знаем – надо кушать витамины,
И, что такое медный купорос!

У нас нет пастбищ и лугов,
До химзавода – сто шагов.
Мы нервы портим, дрянь едим,
Дожить до пенсии хотим!

Дедушка Сандро! Дедушка Сандро!
Будь здоров, Дедушка Сандро!
Будь здоров, Дедушка Сандро!

- Спасибо, рэбята!

Ироничная песенка про старого горца тут же была в прах раскритикована бывалым менестрелем, назвавшим это издевательством над тяжкой судьбиной почтенного кавказца, что категорически недопустимо. В присутствии моих товарищей и жены выслушивать этот аналитический бред мне тоже было крайне неприятно, но внешне я почему-то был спокоен. Тогда, узнав, что у меня базовым является высшее техническое образование, Александр Яковлевич не похвастался, а просто констатировал, что у него, кроме медицинского, есть и музыкальное образование. Допив из стакана, он убедительно попросил меня в дальнейшем ничего не сочинять. В конечном счёте, досталось всем, но внезапно, чувствуя, что нельзя так беспощадно поступать с электоратом, звёздный бард решил поделиться с нами сокровенным - своей новой коронной песней. Взяв нашу гитару и быстро перестроив первые три струны под семиструнку, а остальные под шестиструнку, ловко накручивая колки, кумир вкратце пояснил: мол, в процессе создания казачьего цикла у него, вдруг, родилась полноценная белоказачья песня. Зуб он нам даёт, что эта песня никогда не прозвучит публично. Ведь её могут подхватить и новоиспечённые черносотенцы. И что, как любой чистокровный представитель Богом избранного народа, такого абсурда и безобразия, он допустить не может. Песня, и вправду, получилась лихая, достоверная и хитовая. Розенбаум нам её сбацал на два голоса с ещё одним евреем, своим концертным директором. С лёту навсегда в память врезался припев:
«За поля золотые,
За луга заливныые,
За родимые пристани,
А, чтобы не было грустно,
Порубаем в капусту
Всех жидов с коммунистами-и-и!»
Реально хотелось подпевать и махать над головой невидимой в руке шашкой.
Потом мы поприсутствовали в пустом громадном зале у него на репетиции. Александр Яковлевич скромно поинтересовался, идём ли мы на его концерт и когда. Я тут же ляпнул: послезавтра, хотя, на самом деле, ни у кого из нас никаких билетов не было, их и без нас давным-давно раскупили. Розенбаум одобрительно кивнул, и, подчеркнув, что каждый его концерт отличается импровизацией, пригласил нас вечером на своё первое выступление в нашем городе. Всех и на халяву.
И не обманул. Слева от сцены в авангарде первого ряда нам заранее поставили стулья. Розенбаум пел, часто поглядывая на нас, он был в азарте, его вдохновляла наша реакция. Правда, мне показалось, что он поглядывал больше на мою жену. Конечно, прости, Господи, показалось.
Да и Александру Яковлевичу, может быть, тоже не мешало бы почаще креститься, ведь вскоре после нашей встречи, песня на мой текст «До свидания, Дания!», в исполнении Севы Полищука, получила Гран-При на главном российском телевизионном фестивале детской песни «Утренняя звезда».

Общение с Розенбаумом и халявный концерт произвели настолько сильное впечатление, что ночью мне приснился настоящий фантасмагорический сон. Все зрители по отмашке Коли Чилякова, разом вскочив с мест и окружив меня, как один скандируют, сотрясая тёмные своды какого-то огромного обшарпанного зала: «А.Я. Розенбаум! А.Я.Розенбаум! А.Я.Розенбаум!».
"А я Юра Печуров. А я Юра Печуров!" - хотелось переубедить толпу чиляковцев, но я вовремя проснулся.

А. Розенбаум, неожиданно для меня, во всех интервью поспешил откреститься от всех приблатнённых жемчужин своего раннего творчества и стал медийным брендом. Смею предположить, ему помешала и дальше развиваться в направлении остроумного городского романса гордая корочка о специальном музыкальном образовании. Гораздо более авторитетному В.С. Высоцкому многое что и кто мешало, но он не предал своих ранних песен, был им благодарен, как учителям, заложившим фундамент его творческого наследия. Высоцкий, благодаря вычурному парижанину и другу Михаилу Шемякину, даже перезаписал цикл своих блатных песен в назидание потомкам. С другим Александром (Комаром), который исполнял легендарную "Реченьку" лучше Высоцкого, иная отдельная история. Комар, ни смотря ни на что, просто пел, что ему было ближе.
Но Александр Яковлевич был и остаётся человеком слова. Он мне и моим товарищам "Зуб давал". И вот однажды этот "зуб мудрости" неожиданно заныл хриплым и узнаваемым голосом Шуфутинского. И первому, и второму, конечно же повезло с фамилиями: с первых двух попытак в буквах происходит забавная путаница, но потом запоминаются навсегда. Так вот я, беря с них пример, не меняя своей фамилии, решил прогуляться по весеннему Старому Арбату - 93. Так я решил открыть новую страницу своей жизни. По пути к Стене Цоя я успел дважды восполнить существенный пробел в своей творческой биографии. В начале прогулки у уставшего "ковбоя" с электрогитарой я выпросил возможность исполнить публично несколько своих "дворовых" песен про обитателей родного города. Получил одобрение случайной публики и даже аплодисмены. В знак благодарности московский ковбой, явно спешно прощаясь, наградил меня частью пятнадцатиминутного шального заработка. Немного разочарованный несостоявшейся карьерой уличного менестреля, я тут же направился к первому коммерческому киоску, чтобы чуть-чуть заправиться "горючим" перед дальней дорогой сквозь Арбат. Меня сопровождали бродячие акробаты, отрешённо странствующие поэты, балалайки и гармошки, всевозможные артефакты на продажу и полчища разнообразных матрёшек с ваньками-встаньками.
Слева и справа столичной забегаловки была развёрнута потрясающая выставка непризнанных живописцев. Окультуривали процесс пития песни из нового альбома Михаила Захаровича, сплошь состоящего из песен Александра Яковлевича. Но когда Шуфутинский перешёл к вещанию очередного розенбаумского хита, я даже поперхнулся от возмущения. Эта была именно та сокровеная, самая настоящая белоказачья, которую нигде и никогда, ни при каких.... А беспардонный американец Шуфа уже добрался до самого заветного припева. Я опустил пластиковый стакан и стал весь внимания:
За поля золотые,
За луга заливный,
За родимые пристани, - смачно надрывался эмигрант из ларька:
А ,чтобы не было грустно,
Порубаем в капусту
Всех ВРАГОВ с коммунистами!
Нарицательные "жиды" превратились в безликих врагов, и припев подхватила вся страна. Громадная, супостату непонятная Матушка   Россия, зажав в натруженных кулаках воображаемые шашки, в обнимку с потешными семитами и антисемитами, вдруг пошла в пляс к загадочному, неизведанному ни кем, светлому будущему.
В тот же погожий день состоялось у меня шапошное сотрудничество с неприкаянными кукольниками. Помню я пел под гитару свои детские песенки, а на подтанцовке были сказочные персонажи, которых ловко дёргали за ниточки мои случайные компаньоны. В антракте мы обменяли на литр хорошего вискаря все свои заработанные. Кукловоды уговаривали меня остаться с ними и продолжить хлебное сотрудничество на свежем воздухе. Но мне надо было двигаться дальше. Помню подпевал у Стены Цоя фрагменты песен Кинчева. И потом уже ничего не помню. Но на вечерний поезд с Павелецкого я, нисмотря ни на что, не опоздал.
Замечу. По случайному стечению не предсказуемых обстоятельств в 89-м году в Воронеже был записан первый альбом Александра Немца "Ни смотря ни на что" Именно в это время первый Александр (Розенбаум) ещё сомневался запустить ли белоказачью песню или попридержать, когда окончательно и бесповоротно придут свои.
__________________
Вместо послесловия:
Старинный пласт "До свидания, Дания!" превратился в нашу семейную реликвию. Один экземпляр хранится у меня, второй - у дочери за лесами, полями, морями. Но обложки этих артефактных пластинок отличаются. У моей наследницы пластинка с уникальным автографом: " Лене Юрьевне от Елены Юрьевны" ( ещё той самой). Моя Елена Юрьевна - давно взрослый и самодостаточный человек, профессиональный художник и мама. Елена помнит и никогда не забывала, и не забывает своих корней. И за это её тоже уважают. И я знаю, что моим внукам есть с кем пойти 9 Мая в рядах Международного Бессмертного Полка.

ФАРТ -2
былица:

Когда началась триумфальная раскрутка клипа "До свидания, Дания!" и вышла одноимённая пластинка на фирме "Мелодия", я сидел в кабинете самого главного городского культуролога-функционера города и предъявлял свои козырные мандаты: виниловый диск-гигант и Грамоту одного из московских кабельных каналов, которая гласила, что я автор стихов стопроцентного детского хита. Грамоту утверждали подписи Владимира Шаинского и Григория Гладкова - самых популярных детских композиторов-современников. Я не собирался растрачивать драгоценное время вельможного босса на магарычи и комплименты, а сразу огласил повестку дня моего визита. С ним я поделился сокровенной мечтой. Мне бешено хотелось заниматься детскими песнями, но в родном городе с моими талантливыми юными земляками, записывать новый материал в самой прогрессивной региональной студии звукозаписи ( имел в виду "Блек Бокс" в "Полтиннике"), снимать клипы с воронежскими операторами. На что получил мгновенный ответ по существу: Для этого нужны спонсоры. Я обрадованно подчеркнул: Совершенно верно, именно так и утверждают западные культурологи, на которых все ровняются. Вот вам и все флаги в руки, найдите мне хоть одного такого мецената. Вам это проще простово, с вашими-то связями. Мне обещали поискать.
И до сих пор, на протяжении больше 20-ти лет, этот седоусый Морж Хреновый ищет меценатов. До сих пор сидит в своём кресле и ищет. Ищет, каким-то ему одному известным, телепатическим методом.

ФАРТ-3
былица:

"Перястройка" ускорилась.
Очередная волна "говнопада" накрыла "комитетчиков". Концерты никого не интересовали, аппаратура начала покрываться подвальной пылью. И наконец наш аппарат тёмной ночкой увели.
Но приятно удивили своей прыткостью менты. Шайку ПТУшников по говорящим следам взяли с поличным. Аппарат нам вернули, писать заяву мы отказались. Худосочным подросткам и без этого светило держать ответ за сожранную в первом попавшемся кооперативном ларьке копчёную колбасу. Короче, повод выпить был.
Отцы-основатели "Комитета Авторов" нетвёрдой, но упрямой походкой продвигались в самый эпицентр родного города.
Мы уже изрядно нахлебались. Пора было переходить к зрелищу.
Со сцены перед Областной библиотекой, на фоне барельефов классиков литературной мысли от Пушкина до Маяковского уже жестикулировал клешнёй Борис Николаич. Народ на главной площади Столицы Черноземья внимательно безмолствовал. Опальный Вождь призывал отделиться от дотационных Советских республик. Мол, хватит их всех кормить. Мол, в РСФСэРе всего навалом: земли, воды, руды, нефти и газа. И всё это несметное богатство, по мнению кандидата в Президенты свободной России, должно принадлежать НАМ!
Меня засвербило срежиссировать историческое действо. Не хватало финального крещендо. Я подбил Николая на эксперимент: на три-четыре мы в унисон внезапно заорали Ельцин-Ельцин!! Активисты из народа попытались обуздать нашу дурашливую инициативу. Но их самих одёрнула престарелая диссидентка: "Не трогайте их, товарищи! Это пьяные провокаторы!" И толпа тут же подхватила аллилую Ельцину. А мы тихо покинули беснующихся, растворившись в серых буднях русской провинции.
Коля, "ШТА" же мы   по пьяни начудили! Ведь воронежская толпа без нашего подогрева теоретически могла бы за Царём Борисом не пойти. Не досчитался бы он решающих голосов наших земляков, и Родиной правил бы другой выдвиженец...
Хотя, вождя нашей современности безграмотней и беспощадней ЕБэНа уже бесполезно искать даже в среде самых ярых ельциноидов.
С годами пришло понимание сути предвыборной программы Первого Президента России. Он досрочно перевыполнил обещание, данное нам тогда, на Воронежском Майдане-90. Только фраза "будет всё принадлежать нам" он адресовал исключительно своей свите.

ФАРТ-3.П
небылица:

                               ПРИХОД к ВЛАСТИ

Аккуратненькие пальчики в босоножках. Без босоножек. Ах, какая редкая прелесть!.. Ах...
Ты растворяешь окно. Комната наполняется ароматной тишиной весенней ночи. Замерли свечи каштана.
Мы раскрепощены.
Мы свободны, остроумны и счастливы.
Скоро наступит завтра, но нас не волнует неминуемое перевоплощение.
Прошуршала вереница поливалок. Ты спишь. По мне промчались бодрые мурашки. Проснулся сосед за стенкой. Просыпается проспект.
Я почувствовал себя опустошенным и изнывая от безделья решил позвонить Президенту.
- Алло! Президент слушает.
- Ну, если так, то слушайте меня внимательно. Звонит Ваш избиратель. Год назад Вы обещали таким, как я, золотые горы. Но у Вас ничего не получается. Растут цены, галопирует инфляция, народ обнищал. Короче, господин Президент, у меня есть эффективный проект выхода из глубокого кризиса, но это не телефонный разговор.
Президент был обескуражен и заинтригован. Через час с четвертью ошарашенные зеваки наблюдали, как к обшарпанному подъезду моей возлюбленной подкатил великолепный экскорт.
Президент в сопровождении двух дюжих телохранителей бодро проследовал за мной на кухню. Я великодушно предложил почетным гостям морковный чай с сухарями. Они вежливо отказались.
-Родина в опасности!- патетично произнёс кумир моей молодости.- Где же Ваш "Проект спасения Отчизны"? Несите его скорее сюда!
- А никакого проекта у меня нет. Я просто пошутил.
- Ах, Вы шутки шутить!- вспылил Президент.
Я собрался с духом и выпалил:
- Когда-то один человек, что бы прийти к власти обещал народу золотые горы. Тоже самое проделал я, что бы Вы просто пришли ко мне.
Я нагло посмотрел в бесстыжие глаза Президента , нам обоим стало мучительно больно за бесцельно прожитые годы.



ФАРТ-4
былица:

В юности Красного Огурца просто называли Альбертом, а девушки с доброй иронией – Айбейтиком. Альберт Попов учился на географическом факультете ВГУ вместе с моими школьными друзьями. Я перешёл на последний курс ВИСИ, а он на 2-й. И встретились мы с ним в начале августа 1981 года, но не на уборке огурцов, а в горах Адыгеи на сборе жутко дефицитного Краснодарского чая и ядрёного фундука. В эти чудные места я попал благодаря своим однокашникам. Ударный студенческий отряд состоял из 200 привлекательных и трудолюбивых девушек и нас, шестерых отборных представителей противоположного пола. Компания была замечательная: весёлые и остроумные географы, кавказское домашнее вино от местного директора школы, две гитары, влюблённости и сочинение весёлых песен. Об исключительных способностях Альберта можно судить даже, хотя бы, по одному лишь красному университетскому диплому. Но Альберт, после того незабываемого курортно-трудового десанта, настолько увлёкся сочинительством, что сразу после получения уникального документа о высшем образовании отрёкся от профессии.
Мой школьный друг, афганец и вечный студент Саша Власов, будучи в то время актёром театральной студии «Акцент» и одновременно работая фотографом в газете "Строитель", которая издавалась в ВИСИ, похлопотал за Альберта, и несостоявшегося географа взяли корреспондентом институтской малотиражки. Мгновенно, после первых публикаций (а порой и самостоятельной вёрстки всего номера), А. Попов резко пошёл на повышение и долго был и.о. главного редактора "Строителя". В перестроечное время он много печатался и в областном издании - в "Молодом Коммунаре". Строчил заметки, стихи, фельетоны.
Но более всего его захватила неформальная музыкальная тема. Трудно назвать российскую рок-группу, побывавшую в конце восьмидесятых в Воронеже, на концерте которой музыкальный обозреватель под псевдонимом Красный Огурец, не взял бы интересное интервью.
Альберт оказался и хорошим фотографом. Многие публикации той поры проиллюстрированы им самим. Мне запомнились фото, которые я видел у него дома над письменным столом: Цой, Кинчев, Григорий Гладков (автор музыки знаменитого мульта "Пластилиновая Ворона"). Поэтому, для меня не было ничего удивительного в том, что именно Альберт стал и одним из основателей Воронежского рок-клуба.
Клуб обосновался в крохотном ДК ТЭЦ. По старой дружбе Альберт пригласил меня на официальное открытие. Ажиотаж был грандиозный. Альберт ещё не был Красным Огурцом, но уже являлся настолько культовой персоной, что нам вдвоём с огромным трудом удалось попасть в скромное фойе ДК, чудом проникая сквозь плотное кольцо безбилетных фанатов и усиленное оцепление ментов. Мероприятие производило сильное впечатление. Помню, как под первые же запилы группы "Старый Город», ошалелая стая металлистов-подростков вместе с громадными входными дверями вломилась в зал. Рядом со мной, открыв рот, сидела журналистка московской "Комсомолки", правда, уже немного не комсомольского возраста. Опередил репрессивные намерения, не сразу опомнившихся блюстителей порядка, шустрый, внешне напоминающий Жванецкого, президент рок-клуба Виктор Тягнибедин. Тягнибедин, как мне показалось, был по возрасту самым старшим из присутствующих. Он просто и решительно сказал: «Ребята, будете вести себя хорошо? Тогда оставайтесь». И металлисты-фаны благоразумно рассосались по щелям. Концерт сразу продолжился. После прокуренного антракта, апофеозом всей акции стало выступление «московской тяжёлой металлической группы» (так её объявил сам Паук) "Коррозия Металла". Говорили, что когда "Коррозия" вместе с местными фанатками укатила на автобусе, состоялось-таки побоище заждавшихся гопников и доморощенных металлистов. Но туда я не попал, т.к. я и металлистом не был, и по возрасту уже не подходил.
В заключение хочется отметить, что ярчайшим явлением, которое смог породить Воронежский рок-клуб, стал проект "Сектор Газа", а первым продюсером группы был ещё один из основателей рок-клуба – Саша Кочерга (Ухват), автоматически получивший свой псевдоним на нашем родном механическом факультете. В начале гастрольной карьеры Хоя в недрах рок-клуба новорождённый Красный Огурец - Альберт выступал как бард-барабанщик на разогреве. Человек, стоя поющий с картавинкой собственные песни, аккомпанируя сам самому себе одинокому на электронных барабанах - это тоже явление в отечественном роке уникальное.
Немало для воронежских музыкантов и исполнителей Альберт сделал, работая и на одном из Воронежских телеканалов. В еженедельной популярной программе «Музыкальный гребешок» звучало большое количество песен наших земляков. На передаче у Альберта побывали Хой и Вадим Глухов с клипом «Туман» (это была премьера). Не раз он приглашал на эту передачу и меня. Его командой был снят клип на мою песню «Колдырь».
Слава о Красном Огурце гуляла и по Москве. В частности, по просьбе Барри Алибасова он сочинил тексты для первого состава "На-НА", но нашли ли эти тексты практическое воплощение, мне не известно. Зато, когда я слышу классическую цитату «Поэт, оставь, хоть строчку», первое, что мне всегда приходит на ум, так это один из лучших альбертовских экспромтов той поры:
«И вот я в лесу под ёлочку ссу».
Несмотря на всю эксцентричность Красного Огурца, наши с ним отношения, в целом, всегда ладились с самого начала.

В начале своей рок-карьеры поющий младший сержант ГАИ Хой регулярно выступал в ДК ТЭЦ сольно, с акустической гитарой. Когда ко 2-му фестивалю у него подобрался коллектив единомышленников: Семён - бас, Крюк - барабаны, а сессионным гитаристом с колхозным панком лабануть было уже почётно, то стал вопрос о названии отвязной команды. Победил вариант Кочерги, предложившего услуги директора группы - "Сектор Газа". Именно так до сих пор в народе обозначен левобережний треугольник Воронежа, перезагазованный заводами СК (Синтетического Каучука), Шинным и мощной ТЭЦ.
Серёжа Устинов неожиданно пригласил меня на 2-й городской рок-фестиваль, в котором он принимал участие в составе гр. "ВДНХ" вместе с Юриком Бесединым. Конкурсная программа проходила на окраине Воронежа в обшарпанном кинотеатре "Октябрь". Народа была уйма, большая половина которой составляли сами участники концерта. На удивление аппаратура держала гармоничный баланс между грохотом и словами. Много звучало пафосных композиций, типа зарифмовонных передовиц про борьбу за мир. "ВДНХ" отработала в тот вечер на профессиональном уровне, Серёга и Юрка тоже остались довольны собой. Но о чём они пели я напрочь забыл, когда на сцене нарисовались Хой в клетчатой рубахе и его бригада простецких пацанов. До сих пор самой моей любимой песней из репертуара "Сектора" остаётся разудалая ядовтая зарисовка о всёпобеждающей юношеской любви "Местные":

Я живу на Ваях
Мне,поверь,не ведом страх,
Но от этой страшной мысли
Происходит стук в зубах.

На Чижовке ты живёшь
И к тебе не пройдёшь.
Так чижовские замесят
Что до дома не дойдёшь.

Очень странные дела
До чего жизнь довела.
Мне к любимой не пройти
Могут встретить на пути.
МЕСТНЫЕ!!!

Это было до сумасшествия необычно на фоне всего слышанного ранее и в тоже время стильно и близко сердцу, можно сказать - патриотично! Так и я стал фаном-переростком.

Как я лично познакомился с Юрой Хоем? Да очень просто, не специально. В эпоху бурной деятельности Воронежского Молодёжного центра, с торца старейшего Русского Драматического театра им. Кольцова стоял центровой ларёк. Главнейшей и единственной задачей, не всегда одинокого обитателя этого уникального киоска, была одна цель - снабжение горожан и гостей Столицы Черноземья билетами на все платные мероприятия под крышей комсомола.
В тот памятный вечер весь город был оклеен культовым портретом загадочного волосатого очкарика. Не Леннона, конечно, а Егора Летова. А то, что с "Гражданской Обороной" завтра выступит сам Хой со своим "Сектором", и так знали все городские неформалы. Билетами приторговывал и.о. ведомственной малотиражки и внешкор "Молодого Коммунара" Красный Огурец. С творчеством "Сектора" я уже был знаком по 2-му рок-клубовскому фесту и гуляющим из рук в долгожданные руки записям их задиристых песен. Хой на одном дыхании недавно записал сразу два альбома в "Блек Боксе", правда ему ради этого пришлось продать лихую "Яву", взятую ( как он сам многократно пел) "на халяву". О существовании Летова я был наслышан в подворотнях, под лёгким допингом продвинутые пацаны горланили: " А перестройка всё идёт по плану!" Творчество сибирского панка меня почти не интересовало. Вот по этим причинам я зарулил к Альберту не за билетиками, а просто пообщаться. В кооперативной каморке кроме Огурца на бескорыстной основе приторговывали Семён и Крюк. Альберт нас тут же познакомил по-ближе. В разгаре нашей непринуждённой беседы, когда рокеры стали охотно делиться свежими студийными впечатлениями, в "кормушку" просунулась взъерошенная голова Хоя. Так мы и познакомились. Юрок, узнав, что я в теме, тут же поинтересовался: "Ну, как? На кого похоже?" "Ни на кого не похоже. Зашибись!" - констатировал я. Тут же я предложил попробовать крутануть какую-нибудь песню из двух дебютных альбоов. Мы вдвоём перебежали через дорогу, за две копейки позвонили Сержу Сынорову. Сергей через десять минут примчался взъерошенный ( замечу у него по жизни вечно възерошенный хайер) и спросил: " Без мата есть?"
И на следующий день в нашем городе состоялось сразу два знаковых события. По радио впервые прозвучал "Сектор Газа" с обличающей композицией "Эстрадная песня по радио, в натуре я очень тащусь". А на стадионе "Буран" состоялся сольник Летова. "Сектральным газовикам" после первых аккордов удалось смыться от ошалелой толпы поклонников. Как мне рассказывал Кущ ( в то время основной гитарист супер-группы), тогда он чудом спас и здоровье, и уникальное американское весло. Этим чудом оказался быстрый бег. С Кущём нас по жизни многое чего связывает. Например, мы даже спасли друu-друга в полном смысле. Я спас Игоря, когда его, накачав какой-то дрянью, в 15-градусный мороз решили переселить прямиком в сугроб из собственной квартиры в центре города. А он меня спас, когда отметив его спасение, я переплывал лужу на Низах.
До этих сумасшедших событий о творчестве "Сектора" или совсем ничего не писали. Или появлялись отдельные статьи ругательно-назидательно-запретительного характера. Критическим апофеозом стала статья о псевдотворчестве "Сектора Газа" в газете местных партийцев "Коммуна", после которой тираж её кратковременно сказочно подрос.
Ещё раз я видел эту разгромную статейку с глубокомысленным филологически-идеологическим разбором хитов про "грязные вонючие носки" и реквием разбитой банке пива в бережнохранящемся Галиной (женой Хоя) альбоме, который форматировал сам Юра Клинских.
После радиопремьеры припанкованной "Эстрадной Песни" вдруг непонятным образом жизнь Хоя стала налаживаться. Ругать его прекратили. Но и не хвалили. А в музыкальном блоке "Молодого Коммунара" стали появляться фразы: о том что "наш "Сектор Газа" выступил с успехом то там, то сям и ,наконец, вовсе произвёл фурор на рок-фесивале в Старом Осколе. У меня даже сохранилось первое полновесное интервью с командой Хоя в том "Коммунаре" эпохи Красного Огурца. Всё там , как надо: и вопросы, и откровенные ответы. И шикарное фото первого состава "Сектора Газа".

Что такое Глинозём? Это не просто одно название, оставшееся от строительного карьера. Старожилы утверждают, что это очень шухерной район Воронежа из совестском прошлого. А вот для наших комитетчиков, в первую очередь - это легендарный неформальный культурный очаг воронежского андеграунда. Главной магистралью Глинозёма является настоящий проспект Труда. А в голове этого знатного проспекта негласным живым памятником бездарной архитектуры и пристанищем самородков сохранился и до сих пор действует "Детский клуб". Этот гостеприимный очаг поддерживает выдающийся педагог-организатор Любовь Васильевна. А о былом присутствии "Комитета Авторов" напоминают фигурные металлические решётки на, заменяющих фасадную стену, огромных окнах крохотного дк. Приятно осознавать, что при монтаже, до лихолетья совершенно не нужных решёток, в роли сварщика был я, а Николай Ч. - моим ассистентом. Отмечу, проверено временем - решётки пришпандорены намертво!
Тут уместно подчеркнуть, что и до "Комитета авторов" клубная жизнь била родниковым ключём под руководством Любови Васильевны. А актив дк регулярно прирастал местными кадрами. Некоторых товарищей тут стоит особенно отметить:
Вася Черных (Самоделкин) - рукастый и смекалистый умелец, художник и гитарист;
Славик - добродушный энтузиаст, мастеривший свои "фирменные" колонки ( в том числе и нам) в подвале-мастерской ближайшей общаги
и Коля Чиляков - коренной глинозёмец и самый изобретательный участник всех творческих начинаний, одобренных Любовью Васильевной.
С ностальгической улыбкой вспоминается генеральная репетиция "Сектора Газа" в многофункциональной мастерской беззубого Славика перед областным чёсом восходящих "звёзд" рок-черноземья во главе с Хоем.
Ядрёный, как кабан, Юрка с голым торсом и посвистывающим микрофоном; Крюк, барабанящий в одних труселях; флегматичный Семён с басом пританцовывает в углу и Вася Самоделкин, сосредоточенно ковыряющий струны на пустом ящике из под лимонада "Буратино". Внеочередные полуночные посиделки Комитета закруглились. И я перед неотвратимой дорогой на родной Пятак   случайно заглянул в "репетиционную" Славика. И надолго с удовольствием задержался. В тот вечер мы со Славиком стали одинокими свидетелями панк-жлоб-забоя. Хой, не прикращая петь, кивнул мне на приветствие, а в конце программы традиционно поинтересовался: "Ну, как?" Славик традиционно промолчал, я кратко одобрил: "Зашибись!"
На излёте 90-х мы с Черных встретились в одном вагоне, оба возвращались с родительских соток на тихоходном дизеле. Вася только что вернулся из Германии. "Сектор" с неизменным успехом прогастролировал по русскоговорящим клубам. Он мне рассказывал не о скоростных поездах, а о западногерманской дискотечной аппаратуре. Однажды их команда просто отдыхала в клубешнике. Колонки были расположены таким хитрым образом, что прокачивая зал на полную катушку, музыка не мешала обычной беседе (не на повышенных тонах). Настолько звук был прозрачным!
Да, весь мир - кино, а мы - кадры.
А ведь в конце 80-х мы гордились своим самопальным усилком "Marshall", выпущенным деловитыми руками идейного КСПэшника и радиста Миши из ДК "Коминтерна", ныне спрятавшегося за рекламными щитами на перекрёстке пр. Труда и Московского проспекта.
Давно уже нет Клуба Самодеятельной Песни во Дворце им. Коминтерна. За последние 30 лет чего там только не было. И шубами торговали, и "белыми братьями" слабовольным людям головы заморачивали...
А "Детский клуб", которым уверенно рулит маленькая, но не хрупкая женщина, работает. И не привратился он в заурядный магазин. А всё потому, что Любовь Васильевну знают, любят и уважают все обитатели Глинозёма, всех возрастов. И у меня нет ни одного знакомого, попавшего в сети "братства мракобесия".

ФАРТ_news
небылица:

Вечно юная российская стар-пер-группа "Бурановские Бабки" по Билан-примеру не останавливается на достигнутом. Наш прославленный бабс-бенд уже приступил к подготовке штурма Залежалого Майдана.
Все трудности точности и неточности перевода свежего убойного хита "Топтыжка" с удмуртского на романо-германский досрочно преодолены с помощью отечественного супер-труппер-компа. Спешу привести фрагмент вернякового шлягера:

Как-то на Пасху ядрёный амбал
Ветхую лядь на погосте топтал.
Было Топтыжке сначала приятно.
Кайф обломали трупные пятна.

И Припев:

Пугачёвские мужья
Ей годятся в сыновья.
Поднимайся, Сука!
Переключись на внука. (7 раз)

Победа уважаемых народниц гарантирована и заранее запрограммирована. За наших уже рвутся отдать голоса все геронтофилы, мортерфилы, кибер-пёры и просто Филы всех Европ.
Остаётся лишь добавить:
Бабки вперёд!
Эх! Тьма-тьма-Мать!
Будем шахматы ломать.
Устарели карты,
Раскидаем нарды!
Правда, в среде экпердов произошёл раскол: весной 2017 одни прогнозируют дефицит симочек, другие - их ударное перепроизводство.

ФАРТ-5
былица:

На свете много песен разных. В том числе есть масса замечательных детских песен. И сегодня, в День защиты детей надо поговорить о песнях для наших детей. Если вдумчиво посмотреть, какие современные конкурсы детской песни любы-дороги Российским каналам, то...
Мне приходят на ум два: "Детская Волна" и "Голос. Дети". Что их роднит? Оба шоу очень популярны,транслируются на самых Центральных телеканалах, участники - дети, дети поют замечательнее признанных звёзд, прописавшихся в телеящике...
Но я не не об этом родстве. Меня , в первую очередь, не интересует, что они поют. Потому что юные конкурсанты исполняют исключительно взрослый репертуар. И такой абсурдный расклад поощряется, ведь эти конкурсы делают дополнительную раскрутку крутым композиторам, не умеющим писать для детей, ведь это занятие не приносит девидендов.
Дети есть, а детских песен нет. Может их уже и в природе человеческой не существует? А , может, акселерированные таланты даже ненавидят пресловутые "детские песни"?
Нет, конечно. Песни для детей живут, есть неконтролируемая масса новых детских песен. Есть люди, продолжающие и развивающие традиции, заложенные песнями на стихи Юрия Энтина и Эдуарда Успенского, музыку Григория Гладкова, Геннадия Гладкова и Владимира Шаинского. Но новым детским песням пока нет места на Отечественном ТВ. Наши песни живут рядом, и во дворе, и в Ютубе, и за праздничным столом.
В советское время профессионалы обязаны были петь не абы-что, а песни советских композиторов. Самые задорные поэты и композиторы, песни которых перепевались не только детьми, но подпевались родителями, работали на двух студиях: "Союзмультфильм" и им. Горького. Новые детские шлягеры летели навстречу детворе с киноэкранов. Потом начинался ещё один процесс: песни , долетевшие с экрана, с удовольствием подхватывались детскими вокальными коллективами и пелись уже от поколения к новым поколениям. И тогда советские кино-песенки закономерно становились самыми народными.
Если мы все родом из детства, значит, песенный фундамент положен там, откуда мы родом.
Так как Воронеж уже явил свету панк-жлоб-джаз, то мы с Колесниковой породили свой формат: беби-поп-шоу -группу "Колесо".

Елена Колесникова - педагог по образованию, работала, в ту перестроечную пору, в ср. школе. Лена была училкой музыки и факультативно руководила школьным хором. Однажды на какой-то репетиционной базе ( А помещения на начальном этапе работы "Комитета Авторов" приходилось менять довольно часто, потому и не вспомню конкретно в какой точке города мы притулились ) я напел Лене (Колесниковой) свои детские песни, которые ради семейной забавы сочинил для своей дочери: "Кикимора" и "Африка". Песенки понравились. Не долго думая, Школьный хор выступил по Воронежскому радио с этими песнями. На местном радио у нас уже был свой человек, лидер группы "Песочные часы", член нашего комитета и по совместительству радиожурналист и единомышленник Сергей Сыноров. При таких-то обстоятельствах Сыноров просто не мог нам отказать. Так было положено начало детского авторского репертуара в бурной жизни Елены Юрьевны.
После начала стихийного расформирования "Комитета Авторов", Колесникова перешла в Городской дом пионеров (точно не помню, как он уже тогда назывался, но суть осталась прежней).
На новом месте Елена набрала симпатичный, чисто «пацанский» голосистый коллектив. Замечательные такие мальчуганы лет десяти-двенадцати. У одного солиста был младший брат, четырёхлетний карапуз. Степанов-младший лихо держался на сцене, не капризничал на съёмках, и стал беби-фронд-меном шоу-группы "Колесо" (Колесо - школьное прозвище Елены Юрьевны).
Изначально репертуар "Колеса" состоял из песен Лены-руководительницы на стихи детских авторов и двух моих, из репертуара школьного хора, но по новому аранжированных. В Городском Молодёжном центре я выпросил простенький синтезатор "Кassio" для "Комитета Авторов" и с помощью этой "игрушки" сочинил 3-ю детскую песенку для Лениного коллектива. Называется она "Сверчок". « В гамачёк на бочёк спать ложился Сверчок» - бодрая колыбельная, идею которой мне подсказала дочка.
У Колесниковой уже был опыт столичной жизни, она перед своим учительством окончила знаменитую Гнесинку. В 90-м я с "Колесом" немного поколесил по СССР в качестве временного директора и автора. Мы были в Москве, весной - на Всесоюзном фестивале детской песни в Кривом Роге, а накануне Нового и последнего в истории Советского Союза года - в Таллинне. На Украине "Колесо" стало лауреатом, используя в качестве инструментального аккомпанемента только лишь рояль и "Kassio" (что звучало и выглядело очень скромно на фоне богато экипированных украинских коллективов), но к Таллиннскому фестивалю уже была подготовлена классная профессиональная минусовка всей нашей программы, записанная на московской студии "Класс". Результат оказался великолепным - безоговорочное первое место дали нам, воронежцам. "Колесята" превзошли своих сверстников из Украины, Эстонии, Армении ... Фестиваль проходил в три этапа в течение лютеранской Рождественской недели. Над Эстонским Парламентом уже развевался не советский флаг, но нас узнавали на улицах и улыбались. Исключение составляли престарелые националистки и их кавалеры.
Праздничное шоу получилось незабываемым: Лёня Степанов - малыш с ирокезом – заводящий публику с пол-оборота, лучи прожекторов, блуждающие по восторженным лицам переполненного зала в такт нашим песням, искренние аплодисменты… Короче - КЛАСС! Правда, были некоторые проблемы с обратным вылетом в Воронеж. Выехать сразу всем коллективом нам не удалось. Мне, вместе с самым взрослым солистом «Колеса», пришлось задержаться и возвращаться домой вдвоём на перекладных. Благополучно приземлившись в голодной и холодной Москве, мы достали билет в СВ до Воронежа. Взволнованные родители в изумлении встречали нас утром 31 января. Всё это, в целом, необыкновенное, триумфальное путешествие, в итоге, и завершилось радостной встречей.
По существу, Таллиннский фестиваль детской песни стал последним в истории человечества фестивалем такого рода, что делает нашу победу ещё более блестящей и значительной. А то, что чемодан с сувенирами улетел без нас, и что в железнодорожном vip-меню был лишь чай без сахара - мелочи жизни.
На данный момент на просторах Интернета я нашёл только песню, не пропетую "Колесом", и, возможно, не пропетую зря.

ФАРТ-6
былица:

Одним из самых бесшабашных и жизнелюбивых комитетчиков был, конечно же, Сергей Устинов, выпускник средней школы № 4, самый вечный студент-заочник ВИСИ, немного поэт-романтик, великолепный мелодист и вокалист, можно сказать – самородок. Кстати, когда на скромный призыв рукописного объявление Коли Чилякова о создании в Воронеже неформального творческого объединения авторов-исполнителей собралось неожиданно много желающих, стал вопрос о названии организации. В процессе мозгового штурма победил Устинов, выпалив :"Комитет Авторов!"
Устинова я знал давно ,ещё задолго до «Комитета Авторов». В конце 1981 года я привёл своего нового знакомого по студенческому отряду, Альберта Попова, в театральную студию "Акцент", которая находилась в "Полтиннике" (кстати, приблизительно в то же время, туда попал и Сергей Сыноров). А в соседней аудитории обычно репетировал вокально-инструментальный ансамбль Юрия Евсюкова, в котором Сергей Устинов выполнял роль бас-гитариста. На ударной установке в группе работал Юрий Беседин, один из лучших учеников Виктора Бутрина по классу ударных. У Бутрина учились все выдающиеся воронежские барабанщики, кроме Крюка - идеологического барабанщика. Именно там, после встречи с Устиновым, Сергей Сыноров стал создавать свою акустическую группу, которую в дальнейшем назвал "Песочные часы". Хочу отметить, что Сыноров генетически музыкальноодарённый человек. Перед Отечественной войной музыкальные способности его отца оценил сам Дунаевский. Сергей мне однажды показал пожелтевшее фото, где за роялем - молодой Сыноров-старший, а у рояля улыбается Дунаевский-старший.
Во второй половине 80-х Сергей Сыноров решил провести на Воронежском областном радио многосерийный песенный конкурс "Приходи и пой!", состоящий из целого цикла интерактивных передач. Победителей выбирали слушатели, прямым голосованием. Для начала, в качестве наживки, он привлёк к участию в конкурсе своих пишуще-поющих друзей. Я попал в первую тройку приглашённых. Это был фарт, неожиданно дающий возможность крутануть по областному радио свою новую песню "Прошлое".

ПРОШЛОЕ

Я родился в тиши
Старомодной глуши,
Где бурьян у крыльца и сирень за окном,
Там, где после дождя небо в лужах лежит,
Где косился на улицу ветхий наш дом.

Жил в соседнем дворе
Добрый пёс в конуре,
Он зимою на санках мальчишек катал.
Только старый хозяин весною сдурел,
Ну а новый хозяин собаку продал.

Всё знала память дерзкая,
Плохое и хорошее.
Со мною моё прошлое,
Со мною моё прошлое,
Со мною моё прошлое.

Я немного подрос,
И попал дом под снос.
Вдруг почувствовал холод большого двора.
Мне впервые у школы расквасили нос,
И очкариком звала меня детвора.

Всё знала память дерзкая,
Плохое и хорошее.
Со мною моё прошлое,
Со мною моё прошлое,
Со мною моё прошлое.

Вот будильник звонит,
Манит солнце в зенит.
Все умылись, оделись, попили чайку.
И за мной в детский сад моя дочь семенит,
А я после работы за ней побегу…

Писали моё прошлое на полустудийный четырёхдорожечный маг с 38-й скоростью, прямо в квартире главного организатора предстоящего конкурса, Сергея Сынорова. Магнитофон я накануне деликатно заграбастал в Городском Молодёжном центре, для творческих потуг "Комитета Авторов". К записи были привлечены Устинов (бек-вокал, флейта, аранжировка) и его брат, которому досталась ответственная миссия - поддерживать деревянными палочками интересный ритм (находка Сергея Устинова).
Песня понравилась радиослушателям, и я получил заслуженный Приз - трёхпрограммное радио, которое до сей поры функционирует у меня на кухне.
Так, из века в век, я мою посуду и слушаю "Маяк", одновременно вспоминая школьный роман с пятиклассницей в "Кривоборье". Турбазы моего детства уже нет, её сначала приватизировали предприимчивые ельциноиды, а потом методично разгромили мародёры всех мастей.
По итогам радиоконкурса Воронежское ТВ сняло сюжет, где мы с Устиновым были гвоздями телепрограммы. И долго ещё наш "звёздный" дуэт завершал все концерты "Комитета Авторов" региональным шлягером "Прошлое"…
Немало хороших слов могли бы сказать о сыноровском проекте "Приходи и пой!" все его участники. В нём были задействованы и Н.Чиляков с Евсеенко и Тимошенко, и Игорь Кущев с группой "Школа", и Е. Колесникова, и рок-бард Олег Пожарский, и множество других, знакомых и не знакомых мне, талантливых воронежцев. Ещё раз хочется и со страниц этого печатного повествования поблагодарить Сергея Сынорова за всю его организаторскую и творческую активность.
После всего этого, случилось так, что в декабре 1988 года песню "Прошлое" мне разрешил исполнить на сцене московского ДК МЭЛЗ человек-легенда Борис Вахнюк, разрешил без прослушивания, но с одниим условием, если я не откажусь от его фирменного напитка: крепкий чай с коньяком. Хороший напиток. Концертная программа называлась "Лучшие барды Москвы - жертвам землетрясения в Армении". Борис Савельевич Вахнюк - журналист, сценарист документального кино, бард поколения Визбора. Именно он первым привёл на Всесоюзное радио девочку по имени Алла Пугачёва. 2 июня 2005 года Борис трагически погиб с двумя дочками, переходя одну из московских улиц, под колёсами автомобиля…

ФАРТ_news-2
небылица:

Печальная новость пришла после 1-го АПРЕЛЯ из Киева. Российская стар-гёрл-группа "Бурановские Бабки" не сможет взять творческий реванш на Евовидении-2017.
Глава СБУ предположило, что некоторые вицееврорашенмиссис-2012 возрастного коллектива родились на оккупированных территориях и им не место в столице гостеприимной Украины.
- Престарелые меломаны рвут билеты и организуют одиночные пикеты, а самые продвинутые деды банят проморолики проукраинских участников Евровидения-2017,- сообщает паблик ТАПКИ-Life.

ФАРТ-7
былица:

После последней фразы "Со мною моё прошлое" и душевного проигрыша аморфная монолитность зала дружно вздохнула и одобрительно похлопала. Но тут "чай" Вахнюка, точнее, коньячная его составляющая подсказала завершить моё небольшое выступление чем-нибудь спорно-задорным. Ко мне из правой кулисы стремительно приближалась милая девушка с букетиком гвоздик. Их дарили через каждые 2-3 песни всем лучшим бардам без исключения. В тот вечер алые гвоздики не достались только отсутствующим по какой-то причине супругам Никитиным.
Стоит подчеркнуть историческую особость ДК Московского электролампового завода. В фойе Эльдар Рязанов снимал бессмертный мюзикл "Карнавальная ночь", именно отсюда шли первые прямые трансляции легендарного КВН. А немного позже моего стихийного песнопения Александр Немецъ в 1990 г. записал в профессиональной студии «ЗЕТ» ДК МЭЛЗ очередной альбом «Зона выживания» ( там же, где осуществлялись отдельные записи Игоря Талькова, Ольги Кормухиной, Никиты Джигурды)
Эйфория подсказывала : расстояние между мной и букетиком катастрофически сокращается. И я запел неожиданно даже для самого себя:

"Во времена Застоя
Смирились с тишиной.
И Брежнев по бумажке
Командовал страной."
Девушка стала притормаживать.
"За три своих брошюры
Он стал лауреат
И с Малою землёю
Сравняли Сталинград."

Девушка остановилась.

"Лелеял подхалимов
Пятидежды герой.
Жаль, не успели Лену
Соединить с Курой.
Когда пора настала
За БАМ звезду вручить,
Вождя не откачали
Кремлёвские врачи.
Неделю длилась тризна,
Теперь такого нет.
Но призрак брежневизма
Всё бродит по стране".

Над битком набитым залом повисла зловещая молчаливая аура. Девушка быстренько вручила гвоздики, скороговоркой поблагодарила и убежала. Под эхо собственных шагов, ошарашенный всем происходящим, я быстро удалиля со сцены. Меня ещё не покидала мысль потусить после грандиозного московского концерта с лучшими бардами. Но все мои сомнения внезапно развеял трезвый молодой человек, назвавшийся "афганцем", с полным гранёным стаканом наперерез. Благодарного "афганца" я не разочаровал, залпом осушив угощение. "Афганец " шустро исчез в дебрях левой кулисы. Водка оказалась чистым медицинским спиртом. Дыхание моё перехватило, срочно занюхав настоящий мужской напиток гвоздиками, я, в обнимку с гитарой, бегом устремился к ближайшему метро. Какие тут байки травить с лучшими людьми Москвы, надо было срочно добираться на базу к московским дедам, срочно - пока не вырубился.
Моя московская бабушка чуть не упала от изумления, когда я ввалился в квартиру. Первым сориентирувался дед-генерал. Он предложил выдворить меня из столицы в ссылку к Мандельштаму, другими словами, на мою малую родину. Не заостряя на себе дальнейшее внимание, неожиданно для уважаемого дедушки, я вручил любимой бабушке чуть потрёпанный, но честно заработанный полуночный букет. Дед Толя взял мою гитару, а бабушка Капа отправилась с цветами в зал, скорей стелить потухающему внуку.
Мы сидели со сводной сестрой Машей и гитарой на кухне, пили чай в соседней с дедами квартире. И Маша, к моей радости, тихо подпевала некоторые мои песенки. Она их в какой-то московской компании уже слышала из магнитофона вгиковских друзей. Новая жена дяди Эдика (музыкальный редактор ЦТ) нам деликатно не мешала. Когда-то я помогал будущей сестрёнке решать замысловатые задачки по арифметике. Она даже гордо потом отчиталась: Я одна из всего класса их решила! С точными науками у девочки любовь не сложилась, а мне-третьекурснику помочь было только в радость.
Закономерно, что дочь редакторов ("Мосфильма" и Первого канала) продолжила династию. Маша поступила во ВГИК на киноведческий. Праздно шататься со мной по зимней Москве Маше было некогда совсем не потому, что неминуемо приближалась очередная сессия. У девушки был кавалер. Какой-то начинающий киношник, поведал по секрету дед Толя.
Мария - натура романтичная и информированная в культурной жизни столицы - махом порекомендовала мне несколько значимых мероприятий, которые я был просто обязан за неделю обскакать. А в благотворительном концерте ДК МЭЛЗ можно было и поучавствовать.
В этот зимний отпуск -88 в Москве я принципиально решил не быть провинциальным мешочником. Перечислю лишь малую часть мероприятий, которые я тогда посетил, благодаря Машиной наводке.
Мне пел очки в очки на камерном рок-концерте в Горбушке Армен Григорян с "Крематорием".
В Театре эстрады артисты Театра песни в спектакле "Галич" исполнили моё любимое из наследия опального барда-сценариста:
Захожу на работу я в пятницу,
Посылаю начальство я в задницу.
Мол, привет! по добру, по спокойничку.
Ваши сто мне, как насморк покойничку.
Представившись в Театре на Юго-Западе администратором Воронежского Молодёжного центра и пообещав организовать незабываемые гастроли, я получил от главного режиссёра Валерия Беляковича не только визитку, но и контромарку на шварцевского "Дракона" с Виктором Авиловым в роли Лонцелота. До сих пор уверен, что по сравнениюс с этим спектаклем без декораций, чёрным задником и феерической пластикой бывших самодеятельных артистов, фильм Марка Захарова - большая неудача.
Музея Высоцкого ещё не существовало. Мне администратор Таганского арт-кафе, эффектная женщина, провела ознакомительную экскурсию по театру и показала профсоюзный билет Владимира Семёновича. Мы с ней интеллигентно расстались у памятника " барда Всея Руси" в образе Гамлета во внутреннем дворике.
И в финале предновогоднего отпуска, всего за четыре советских рубля, я побывал на концерте-съёмке Первых "Рождественских Встреч" Аллы Пугачёвой. И запомнил в театральный бинокль всю её свиту.
Дядю Эдика, как человека полностью отдающего всего себя любимой работе, я всегда видел редко. Встречались мы с ним обычно за семейным обстоятельным ужином у бабушки. Первая жена Эдуарда была тоже человеком очень занятым и готовкой занималась в исключительных случаях, а вторая супруга хорошо варила кофе и ловко нарезала бутерброды. У Маши был в разгаре конфетно-букетный период с молодящимся режиссёром. Бабушка Капа с гордостью любила цитировать саму себя: "С нашим Эдиком все бондарчуки за ручку здороваются!" И мы шли мыть руки перед едой.
Эдуард Анатольевич Ермолин большую часть своей сознательной жизни в киноискусстве был главным редактором ТО "Музыкальных и комедийных фильмов". У Эдика была оригинальная библиотека. Многие книги были подписаны самими авторами: Эльдаром Рязаноовым, Валерием Золотухиным, Аркадием Райкиным... Не знаю, когда дядя мог всё это прочитать. Ведь я был уверен, что он читал исключительно киносценарии: на работе, на банкете, в экспедиции, во сне, в ванной, в туалете. Мне было любопытно, чем это сценарии так отличаются от повестей и романов, что от них за ноги не оторвать. Несколько сценариев, поверхностно пролистав, дядя давал на внимательную читку в метро мне, при условии моего беспристрастного вечернего пересказа. Каюсь, все сценарии я забраковал. Даже сказочную киноповесть, слишком она мне представилать мрачной.
Однажды Эдик застал меня за перелистыванием шикарного юбилейного фолианта об Аркадии Райкине. Дядя мне по секрету поделился, в чём истинная причина непоявления Райкина на прошедшем "Голубом Огоньке". Клянусь, больше ни от кого я эту историю не слыхал и нигде не читал о случившемся. А дело было так.
Вышел в конце брежневской эпохи гениальный, но уже пожилой, комик на сцену Московского Театра эстрады весь в фирмЕ: пыжиковая шапка, румынская дублёнка, ультрамодные джинсы заправлены в актуальные дутыши-луноходы. В левой руке авоська чуть не разрывается от деликатесов: сервилат, ассорти-шоколад, балык, ананас, шампанское в будний день... Стоит Аркадий Исаакович, мило улыбаясь, молчит. Вскинул свободную руку с массивной голдовой печаткой. И ... Десять минут молчит. На одиннадцатой минуте гробового молчания зрители стали шушукаться, мол, старик текст, хи-хи, забыл. А Райкин ещё чуть-чуть выдержал паузу и спокойно, но горько изрёк: " Я-то молчу, потому что у меня всё есть. А вы-то , что молчите?" И ушёл молча.
Ну, а я , как не корчил из себя исключительно культурного гостя сытой столицы, всё же в паузах между захватывающими мероприятиями по списку Маши, отправил в Воронеж две увесистые посылки: жене с дочкой и родителям к Новому 1989 году.
Когда я,например, пересматриваю фильмы "Мы из джаза", "Зимний вечер в Гаграх", то титры напоминают, что Эдуард Ермолин, мой дядя, является редактором этих замечательных картин. А если речь заходит о музыкальной ленте "Женщина, которая поёт", вспоминаю своего отца и его неоднократный рассказ. Как однажды Эдик взял его с собой на съёмочную площадку и представил восходящей Примадонне: "Это мой двоюродный брат, Борис Петрович". Звезда протянула ладошку, которую батя галантно чмокнул, и ответила: "А я просто - Алла Пугачёва".

ФАРТ-8
былица:

В конце 80-х, на излёте эпохи принудительной трезвости, одна воронежская неформалка в центральном сквере "Жертвам террора" уныло сидела на лавочке со скучающим молодым мужчиной. В простонародии скверик звучал лаконично: "Террор". В гражданскую там сначала красные измывались над белыми, потом наоборот. Я брёл бесцельно по диагонали. Девушка узнала меня и взволнованно познакомила со своим новым интеллигентом. Ухажёр был представлен, как первый издатель нашумевшей поэмы "Москва - Петушки". Имя этого литературного подвижника я сразу же забыл. С удивлением полистал сигнальный экземпляр легендарного Венечки. Бумага такая, из гастронома, обёрточная. И мимолётный знакомец без пауз предложил по этому поводу освежиться польской водкой из горла, запивая из другого горла классическим советским кефиром. От импортной водки я не отказался. А вот запивка меня на мгновение лишила дара речи. Но издатель мягко и настойчиво предложил попробовать для меня несовместимое. И оказался прав! Класс!!! Рекомендую попробовать всем. Правда самостоятельно я больше так эксперимент и не повторил. Может, потому-то и перестали челноки таскать ящики с польской водкой через Украину, нет теперь кефира в стеклотаре. А может, потому что добровольно бросил пить.

ФАРТ-8.М
небылица:

                                                             Близится к закату 1 АПРЕЛЯ 2017 г.
    Ровно восемь лет вперёд-назад мне это поведал очень внешне достоверный
                                                       источник, пожелавший остаться в пивбаре.

                                       МЕНДЕЛЕЕВ
                                             или
                   О ПОЛЬЗЕ КАЧЕСТВЕННОГО АЛКОГОЛЯ


"Д.И. Менделеев систематически самоотверженно придавался запоям. Жалование раб науки получал символическое, да и то старался пропить, пока деньги не кончились.
Из чисто экономических соображений Дмитрий Иванович вынужден был употреблять выпивку самого что ни наесть низкого качества. Даже по утрам он заходил к цирюльникам не для того, что бы побриться и привести в порядок свою запущенную шевелюру, а с единственной целью; разжиться паршивеньким одеколончиком на опохмел.
Никто из приличных ученых не желал выслушивать его мудреных откровений вперемешку с жутким перегаром. Брезгливая околонаучная общественность периодически игнорировала результаты изысканий навязчивого алкоголика, называя их пьяными бреднями.
И вот однажды, когда он в очередной раз, запинаясь и деликатно дыша в сторону, пытался изложить свои соображения в Академии Наук, авторитетные светила, не дослушав, порекомендовали ему пойти проспаться.
С досады самочувствие Дмитрия Ивановича резко ухудшилось, он понял, что добраться до ближайшей парикмахерской и, тем более, до дома без допинга просто нереально. Обуреваемый тяжелыми мыслями ученый инстинктивно оказался в академическом буфете. Суррогатов в этом элитном заведении отродясь не держали, но, к счастью любезный хозяин, бывший вечный студент и непризнанный гений, одолжил “под честное - благородное“ Менделееву бутылочку великолепного заморского коньяку.
После седьмой рюмки Дмитрию Ивановичу окончательно захорошело, и прямо за стойкой он мгновенно отключился от жизненных невзгод и мрачных реалий. Уже было начавшийся процесс полного распада творческой личности на молекулы и атомы чудесным образом дал сбой и преобразовался в процесс полураспада. Смутные образы сфокусировались и стройными рядами слились в таблицу.
Так, благодаря качественному алкоголю, родилась на свет Периодическая Система Менделеева.
Хотя после этого Дмитрий Иванович пить не бросил, но научный мирт его зауважал, и пообщаться с ним за бутылочкой – другой хорошего вина уже почиталось за счастье. Но Менделеев вино , тем более иностранное не жаловал и, как истинный патриот, на радостях изобрел свою фирменную сорокоградусную водку, которой тайком потчевал питерских цирюльников."
Согласен, материал спорный. Больше всех отзывов мне понравилось, как сформулировал свои мысли о прочитанном Леонид МЕЛАС:
Мне раньше было невдомёк,
Теперь я понял: видно спьяну,
Он выдал дочь за наркомана,
Которым был Великий Блок.
                                           (Конец первой части)

    ФАРТ (часть вторая) http://www.hohmodrom.ru/project.php?prid=151026


 Автор: 
     Внимание! Использование произведения без разрешения автора (сайты, блоги, печать, концерты, радио, ТВ и т.д.) запрещено!
 Раздел:  Юмористические книги
 Поделиться: 
 Опубликовано: 
 Изменено:  2018-05-21 14:13:16
 Чья картинка:  Интернет
 Статистика:  посещений: 1272, посетителей: 771, отзывов: 0, голосов:  +14
 
 Ваше имя: 
 Ваша оценка:    
 Оценки авторов >>>
  Оценки гостей >>>
Обсуждение этого произведения:

      
 Тема  
      

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер