ХОХМОДРОМ- смешные стихи, прикольные поздравления, веселые песни, шуточные сценарии- портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ - портал авторского юмора
ХОХМОДРОМ ХОХМОДРОМ
НАЙДЁТСЯ ВСЁ >>>
ОБСУЖДЕНИЕ
НАШИ АВТОРЫ
Удачные произведения
Удачные отзывы
Добавить произведение
Правила сайта
РИФМОСКОП
Присоединяйся! Присоединяйся!
Друзья сайта >>
 
  Авторское произведение - Смешные истории  | Сообщить модератору

ПОЗДРАВЛЕНИЕ ЖЕНЩИНЕ
НА СОЛИДНЫЙ ЮБИЛЕЙ

Чудеса изобретательности или расхитители гробниц


    История эта произошла в далеком и счастливом детстве. Одним из любимейших развлечений у нас было посещение кинотеатра. В конце семидесятых видеомагнитофонов еще не изобрели, да и телевидение не баловало особо иностранными фильмами. В общем, кинотеатры были тогда окном в заграничную жизнь, по крайней мере, для нас детей. Особой любовью пользовалось индийское кино. Оно было в сто раз интереснее, чем некоторые наши пресные патриотические фильмы. Мы смотрели индийские фильмы как сказку, с песнями, танцами и морем слез.
    Мы тогда жили в маленьком среднеазиатском городке, который находился в оазисе, затерянном   в пустыне. Надо сказать, индийские фильмы были частью субкультуры местного населения. Несомненно, они всегда были лидерами проката и пользовались страстной любовью и почитанием. А мы как часть этого самого населения тоже до самозабвения обожали индийское кино. Была одна только сложность для нас детей - попасть на киносеанс было просто нереально. Кассы атаковали орды бешеных почитателей кино. И наши робкие попытки протиснуться, зажав в кулачке двадцать копеек (именно столько стоил билет на дневной сеанс) в очередь, как всегда заканчивались плачевно: эта очередь просто выплевывала нас, предварительно очистив карманы. Ребята постарше все-таки каким-то образом умудрялись прорываться через кордоны и смотреть заветные фильмы. И тогда у нас наступал праздник: счастливчик взахлеб рассказывал и в красках показывал индийское кино. Говоря современным языком, рейтинги его в этот вечер зашкаливали. А мы, разинув рты, внимали и завидовали белой и черной завистью одновременно. У нас во дворе шли даже соревнования: кто больше всех посмотрит идущий в данный момент фильм в прокате. Бывали и те, кто смотрел иной фильм и по двадцать раз. Наизусть заучивались песни и танцы. Устраивались целые постановки. Мы - мелкий дивизион нашего двора, тоже разучивали песни и танцы для участия в подтанцовках. После очередной премьеры индийского киношедевра,   вся детвора во дворе играла в героев этого фильма, и поэтому, чтобы быть в «дворовой обойме» нужно было посмотреть хоть раз идущий на данный момент в прокате фильм. Потомство дворовых кошек срочно называлось именами любимых индийских героев. Одних только Зит и Гит по двору бегало штук пять. Нам с сестрой посчастливилось, и мы все-таки посмотрели несколько индийских фильмов. Как сейчас помню названия некоторых из них: «Король джунглей», «Месть и закон», «Зита и Гита», «Танцор Диско». На просмотры нас брали девочки постарше, и мы были счастливы как никогда: во-первых: от сознания того, что мы как взрослые идем в кино, во-вторых, что кино это - индийское, а не какое-нибудь там производства имени Горького. А еще при просмотре фильма полагалось плакать, то бишь сопереживать героям фильма. После киносеанса, вечером во дворе, все делились впечатлениями и рассказывали, кто, как плакал и на каком моменте. У меня же никогда плакать не получалось, как я ни старалась. Я была очень рациональным ребенком – слез зря не проливала и сантиментами всякими не страдала. Нет, ну плакала иногда, но только от обиды за себя любимую. А так чтобы просто так поплакать, ни-ни. Даже при повреждениях конечностей в дворовых баталиях, я не плакала. И вообще, четко знала, что это все кино, а не «всамом деле»: играют актеры, слезы у них не настоящие, убивают понарошку, да и за все это им еще и деньги платят. Меня всегда удивляло, когда мама при просмотре фильмов про великую отечественную войну плакала. Я всегда возмущалась: «Мам, ну что ты плачешь а?». «Как что, враги сожгли нашу деревню, расстреляли партизан», - отвечала мама всхлипывая. «Ну и что? Это же кино, не всамом деле», - я никак не могла взять в толк: чего переживать-то зря и плакать по каким-то там актерам.
       А еще мне было не понятно, что за люди эти индийцы? Горе у них – они плачут, счастье - тоже рыдают навзрыд. А что больше меня возмущало, нет, скорее удивляло, что мужики у них слезы льют больше, чем женщины. Слабенькие они там все какие-то, чуть что - глаза на мокром месте. Помню, при просмотре очередного шедевра, когда герои уже захлебывались слезами, все девчонки, сидящие рядом активно начали шмыгать носами и утирать глаза. И только я никак не могла выдавить из себя ни слезинки. А не плакать было нельзя – все друг за другом следили: кто как плачет. А эти предательские слезинки, ну, никак не хотели выползать из глаз! Я уже себе пыталась представить, что как будто у меня умерла бабушка или мама там заболела, а они все не шли и не шли. Уже тихонечко начала смахивать несуществующие слезы, как будто тоже плачу. А у самой в голове: только бы никто не заметил, что я не плачу! Так и просидела весь фильм медитируя на тему болезни мамы и смерти бабушки, уже и о содержании фильма забыла даже, а герои на экране, как и полагалось, рыдали, дрались, плясали и пели песни.
      Около нашего двора располагалась большая афиша с анонсами фильмов на месяц, так что все были в курсе, когда и какой фильм в очередной раз будут крутить у нас в кинотеатре. К индийским готовились загодя: копили деньги. Купить билеты в кассе было нереально: их, как правило, скупали спекулянты и продавали по рублю. А рубль для нас был целым состоянием! Где же взять столько денег? Мама нам даст на билет, ну, максимум по двадцать копеек, а где же взять остальные? На расходы по рублю выдавалось только два раза в год в праздники: первого мая и седьмого ноября. Ну не получалось сохранить эти деньги, когда вокруг столько соблазнов! Нет, однозначно, мы не могли позволить лишать себя праздников! На рубль тогда можно было купить целый воз петушков по пять копеек или обпиться газировки, да еще с двойным сиропом, по три копейки, семечек по десять копеек огромный стакан, шариков по пять копеек. Да и вообще, мало ли каких нужных детских вещей мы могли позволить себе купить на рубль! Как правило, к вечеру после всех излишеств, от рубля оставались каких-нибудь жалких пятнадцать копеек, а то и вовсе, проматывался вчистую.
    Нехватка финансов заставила нас задуматься о том, где достать деньги. Нужно было срочно что-нибудь предпринять, чтобы добыть заветный рубль на киносеанс! Ха! И наш пытливый детский ум додумался, догадался и проявил по истине чудеса изобретательности! Вот они денежки, лежат   себе мирно в кувшинах на кладбище, а мы страдаем от нехватки финансов! Кто предложил эту идею не помню, но все дружно поддержали и принялись реализовывать в жизнь.
    Дело в том, что мы все практически, учились в одной школе. Вблизи нашей школы располагалось старое узбекское кладбище. Оно-то и явилось объектом нашего нападения.
По местным мусульманским обычаям покойников не закапывали в землю, а заворачивали в саван и помещали их в небольшое углубление, над которыми строили из глины куполообразное строение, наподобие гробницы, называлось оно «мазар». Доступ к телу был открыт, поэтому родственники вновь приставленного могли частенько его проведывать. С пустыми руками ходить в гости не полагалось, поэтому, опять же по местным обычаям, возле каждой могилы стоял кувшин, куда родственники в каждое посещение бросали мелочь. Для кого предназначалась эта мелочь не известно: либо покойнику, чтобы он на том свете себе ни в чем не отказывал, либо сторожу кладбища, за то, что он охраняет «покой» усопших. Да мы и не задумывались над этими высокоморальными вопросами: наша задача состояла в том, чтобы проникнуть на кладбище,   вскрыть содержимое кувшинов и незаметно от сторожа благополучно улизнуть. Вот такой коварный план возник в наших детских головах!
       Первую вылазку мы совершили сразу же после уроков. Собравшись во дворе школы (нас было шесть девчонок), направились в сторону кладбища. О том, чтобы пройти официально через ворота не могло быть и речи. Возле ворот кладбища на скамеечке сидел сторож – дедушка и мирно грелся на солнышке. Был сентябрь, на улице все еще палило солнце. Одет дедуля был в старый национальный халат, на голове у него красовалась большая лохматая баранья шапка, в руках клюка. Мы прошлись мимо ворот, оценили обстановку. На нас он не обратил особо никакого внимания,   тихонечко себе грелся и подремывал под солнышком. Кладбищенский забор для нас детей был довольно высок, но у него был один существенный недостаток: он был глиняный. Найти в заборе дыру не представлялось сложным, в нескольких местах он был полуразрушен. Проникнув внутрь, мы разбежались по кладбищу как тараканы. Короткими перебежками, чтобы не обозначить быстро свое присутствие, мы начали вытряхивать содержимое кувшинов. На первый раз улов был не плох. Из иных кувшинов можно было собрать урожай копеек по пятьдесят, а то и на рубль. Как правило, это были свежие захоронения, и родственники часто посещали их. А в некоторых старых заброшенных могилах вообще ничего и не было. Еще очень много мелочи было в самих могилах, то есть покойники буквально утопали в деньгах! Но мы боялись к ним прикасаться, как-то угрожающе торчали из саванов ноги в калошах. Поэтому и довольствовались только кувшинами. Наконец, сторож заметил, что его владения подвергаются жестокому разграблению, вскочил со скамейки и, размахивая клюкой, что-то крича, побежал за кем-то из девчонок. Мы врассыпную кинулись кто куда. Сторож остановился в замешательстве, кажется, он не ожидал, что нас будет много. Это-то и сыграло нам на руку: быстренько, схватив свои ранцы в охапку, в другую руку мелочь, мы понеслись на всех парусах к воротам и были таковы! Ха! Только нас и видели! Как сумасшедшие бежали еще метров четыреста, пока кладбище не осталось позади. Мы боялись остановиться, нам казалось, что сторож гонится за нами, зловеще размахивая своей клюкой! Потом кто-то обернулся и увидел, что мы уже существенно оторвались от преследователя. На самом деле он бежал за нами не очень долго, наверное, потому что он был старенький, да и вообще, он не мог отлучаться надолго с работы. Уф! Тут мы перевели дух, подсчитали прибыль и просто обалдели! За каких-то пол часа, заработать столько денег!!! Надо же, нам не только на кино хватало, но еще и на «погулять». Домой мы шли счастливые и чумазые, по дороге вовсю наслаждались счастьем. Благо, хоть ума хватило маме о своих художествах не рассказывать, а то плакали бы наши зады жгучими слезами.
      Надо сказать, мы вошли во вкус и уже, не стесняясь, периодически совершали свои грабительские рейды на кладбище. Бедный сторож, кажется, потерял покой и не мог больше   спокойно сидеть на скамеечки, ловить солнечные зайчики, тихонько наслаждаясь старостью. Мы ему устроили веселую жизнь!   Безнаказанность нас окрыляла. Наличие лишних дензнаков давало свободу действий! Мы ходили в кино наравне со всеми, почувствовали себя полноправными членами нашего двора. А самое главное, нас стали уважать ребята постарше, после наших рассказов о почти геройских расхищениях могил на кладбище. Рейтинги наши неуклонно ползли вверх! Еще бы, убегать от сторожа, когда у него в руках огромная клюка! Ну, и конечно, все оценили наш оригинальный способ добычи денег!   
    Частенько, после успешных вылазок на кладбище, по дороге домой мы заходили в один дом. То есть это была обычная четырехэтажная хрущевка. Просто там продавались очень вкусные, просто волшебные петушки. Обычно бабушка сидела на лавочке возле подъезда и реализовывала эти самые петушки. Если ее не оказывалось на месте, мы смело поднимались в квартиру. Номер дома и квартиры передавался в школе по цепочке. У них была просто подпольная конфетная фабрика на дому. В квартире очень вкусно пахло жженым сахаром. Мама с дочкой трудились, не покладая рук, изготавливая петушки. А бабуся потом сбывала их по спекулятивной цене.   При чем, если в городе цена петушка в среднем была пять копеек, то они продавали по десять. И это того стоило! Честное слово! Это были даже не петушки в привычном понимании: леденец в форме петушка, а сосальные   конфеты на палочках в форме зверушек: мишки там всякие, зайчики. И цвета они были не такого как везде, банального красного и зеленого, а необычного синего, желтого, оранжевого. В общем, это оказались весьма изобретательные и предприимчивые тетки! Вся школа паслась у них на предмет покупки петушков. Ну и удовольствие это не дешевое. Петушок он ведь такой маленький. Раз! И нет его уже. Мы любили покупать разных «зверей», причем несколько штук сразу. Благо теперь деньги на излишества у нас водились, и после кладбища, изрядно проголодавшись, покупали   петушки и дальше продолжали свое победное шествие. Утолив голод конфетами, мы, всю остальную дорогу домой, шли и горланили песни. В дворовом репертуаре у нас тогда было несколько песен о несчастной любви с трагическим концом. Сюжет у всех песен был приблизительно одинаков: мальчик девочку полюбил (или наоборот), пришел к маме рассказал про любовь, а мама зло сказала, что любить, а тем более жениться (замуж выйти) не возможно, так как они вдруг почему-то оказывались братом и сестрой, он с горяча кончал жизнь самоубийством, потом девочка травилась, и все в итоге умирали. Конец у песен был один: два гроба на кладбище и безутешная мать. Вот такие невеселые песни. Вся эта лирика наводила на нас тоску. Не знаю, почему именно после кладбища и петушков, хотелось грустных песен, может быть, мы были через чур опьянены успехами ограбления покойников, что душа просила чего-то возвышенного и трагического? Вот и пели грустные протяжные песни. Не просто пели, а выли на всю «ивановскую». Так и шли домой грязные, счастливые, с выражением невыносимой тоски на лицах, надрывая голосовые связки.
      Халява наша кладбищенская вскоре закончилась. Сторож в итоге приобрел ружье. Не думаю, чтобы он серьезно хотел кого-нибудь покалечить, скорее просто попугать. Но, тем не менее, это внесло в наши ряды некоторое смятение. В довершении всего, во время последней вылазки, один наш «воин» был взят в плен. Просто дедушке повезло, ему пришли на подмогу родственники усопших.
      Как обычно, мы беззастенчиво грабили гробницы, сторож уже не дремал, и, потрясая ружьем и угрожающе выкрикивая боевой клич, направился в нашу сторону. Ну, мы то не дураки! Мы все разбежались в разные стороны, спрятались за высокими мазарами и короткими перебежками пробирались до ворот кладбища. И там уже нас, только и видели! И обычно нам это удавалось, так как сторож среди могил был очень неповоротлив, во-первых, его большая лохматая шапка значительно загораживала обзор: бараньи «волосы» спускались прямо ему в глаза, во-вторых, он просто путался в полах своего длинного   ватного халата. И вот когда мы уже были у ворот и счастливо собирались продемонстрировать спринтерские способности, нам навстречу, откуда ни возьмись, появились две женщины средних лет, они, наверное, пришли проведать кого-нибудь из своих родственников. Сторож прокричал им что-то, и они встали в воротах, как две скалы. Настроены они были очень решительно и выглядели довольно угрожающе. Мы, кто успел, прошмыгнули мимо, а вот одну из девчонок, Катьку, поймали за шкирку. Боже, что творилось в наших детских душах! Страху то мы натерпелись! Убежали поодаль и в сторонке ждали, чем закончится эта «разборка в Бронксе». Подбежал сторож и начал трясти ружьем и, жестикулируя, рассказывать о своих злоключениях, показывая на Катьку и нас.   Тогда одна из теток огромная такая и толстая, начала кричать и трясти как грушу нашу бедную Катьку! А она, захлебываясь слезами и размазывая сопли с грязью по лицу, плакала навзрыд и клятвенно обещала, что больше не будет. Ну, чем мы могли ей помочь? Стояли в стороне и сильно так переживали за Катьку. Потом тетка на пару со сторожем начали ее пытать, из какой она школы, что они пойдут туда и все расскажут, какие мы нехорошие. Дальше больше – они обещали сдать нас в милицию! Ого!   Дело принимало угрожающий оборот! Школа! Милиция! Какой позор! В то время, для нас, попасть на учет в детскую комнату милиции означало   клеймо, на всю, как нам казалось, жизнь. И вот теперь эта перспектива очень ясно замаячила у нас перед глазами. С Катькой после этих слов случилась просто истерика, и кажется, наши преследователи сами испугались, глядя, какой эффект произвели их угрозы! Они благополучно ее отпустили, взяв клятву, что мы больше не будем грабить могилы. Катька им торжественно пообещала, а мы со стороны тоже активно замахали головами и руками, в подтверждение ее клятвы. Домой мы плелись опустошенные и несчастные. Надо же какое потрясение! Нам не хотелось ни петушков, ни песен, на душе и так скребли кошки. Жизнь катилась буквально под откос! А Катька еще всю дорогу всхлипывала. Ей-то, бедолаге, досталось больше всех! Мы сдержали слово и не пытались грабить могилы, и даже больше – обходили кладбище стороной. Слишком сильны были пережитые нами потрясения.
    Так бесславно завершились похождения на кладбище! Вот такая необычная история про любовь к искусству и к каким иногда ухищрениям приходилось для этого прибегать!   
                     
   






 Автор: 
     Внимание! Использование произведения без разрешения автора (сайты, блоги, печать, концерты, радио, ТВ и т.д.) запрещено!
 Раздел:  Смешные истории
 Поделиться: 
 Опубликовано: 
 Изменено:  2007-07-11 23:18:47
 Статистика:  посещений: 1193, посетителей: 834, отзывов: 0, голосов:  0
 
 Ваше имя: 
 Ваша оценка:    
 Оценки авторов >>>
  Оценки гостей >>>
Обсуждение этого произведения:

      
 Тема  
      

Использование произведений и отзывов возможно только с разрешения их авторов.
 Вебмастер