Кому-то ближе к сердцу Оклахома,
А мне милее наша Хохлома.
Трава июньская зелёная у дома
И облака вдоль кромки окоёма,
Как скатерти старинной бахрома.
*****
Кому-то вкусен джин, кому-то виски,
Кому-то ром, текила и бурбон.
А мне милей свой, с угольной очисткой,
Стекающий, слезой чистейшей, в миску,
Из сахаристой свëклы, самогон.
Рикотт и Пармезанов мне не нужно,
Как Чеддеров, Дорблю и Моцарелл.
Наш плавленый сырок, нежнейший, Дружба,
Мне столько лет служивший верно службу,
Как закусон, ещë не надоел.
Потратиться на Мальборо - не к стати,
На Кемел, Филип Моррис, и Опал.
Отечества дым сладок и приятен
(И сразу вдохновение охватит),
Когда закуришь Беломорканал.
Пусть кто-то зачитается Шекспиром.
Но есть печальней повесть, про Муму.
А мне, поэту, хочется взять лиру
(Откушав самогон, с российским сыром,
Пробраться, в час полночный, на Стихи. Ру.)
И воспевать родную Хохлому.